О тиграх!

Вл. Ланцберг. ЭПОПИЗООТИЯ (в первой части - про тигров и слоников!)

ЭПОПИЗООТИЯ-1

1

- Мышь в углу скребется!

Мышь в углу скребется!

Какая мышь?

В каком углу?

Да разве она скребется?

Она пересекает кухню

огромными шагами, сметая

на своем пути крошки, чашки,

полки, стулья, холодильник,

не говоря уже о собачьей миске.

Пока любимый дог хозяина

падает замертво от испуга,

она проносится через прихожую,

сбрасывая с вешалок пальто,

проламывает стенку,

скатывается по перилам,

ловит мотор и уезжает к чертовой матери

пить кофе со сливками.

С чего она будет скрестись?

Это слоники

шуршат себе под диваном,

собирают листики старого календаря -

яблоки на зиму в норке

оборачивать.

2

Хотя, если честно,

слоники яблок не любят:

В яблоках много косточек.

Слоники любят шашлык,

бифштекс с кровью первой группы,

на самый худой конец -

люля-кебаб.

У себя дома в деревне

выйдет слоник за околицу,

затаится в высоком тростнике,

высмотрит тигра помягче, без косточек,

поймает,

освежует,

закоптит,

и разве что из кончика хвоста

зажарит себе бифштекс с кровью.

А потом вечерами

шуршит под диванами бумажками -

кусочки на зиму

заворачивает.

3

А за окнами какая-то жуть,

а по телевизору какой-то кошмар,

а мышь сидит себе у чертовой матери -

хлещет чай с гавайским ромом,

грызет сухари с голландским сыром,

треплется о политике, мерзкая гадина,

и скребется.

ЭПОПИЗООТИЯ-2

Колибри,

колибри! -

Кто ее видел,

эту колибри?

Мелкая такая птичка,

мелкоколибри.

Не звучит.

Зато как нежно звучит:

- Голубь!

Как гордо звучит:

- Горлица!

Как солидно звучит:

- Гаубица!

ЭПОПИЗООТИЯ-3

Сидит паук,

ткет паутину.

Паутина красоты небычайной.

Редкостную красоту

ткет паук,

между прочим.

Вы думаете,

он понимает,

как он ее ткет?

Правильно,

и вы не думаете,

и он не понимает.

Он просто поэт.

Слушай, поэт,

помнишь старого хрена Шенгели

который придумал книгу,

как писать стихи?

Хочешь, я для тебя

разработаю методику,

как ткать паутину!

Сидит поэт,

ткет паутину.

Ничего у него не выходит.

Вы думаете,

он догадывается,

с чего вдруг такой облом?

Правильно,

и вы так не думаете,

и он не догадывается.

Ей-богу,

паук какой-то,

а не поэт.

Слушай, поэт,

говорил же я тебе -

работай по-науке!

Ты же высшее существо,

а не какой-нибудь там

членистый головоног.

Учись!

Сидит поэт,

читает методичку,

плюется отчаянно.

Скорее всего, вы думаете,

он просто не в состоянии

во всем этом разобраться.

Правильно вы думаете,

совершенно не в состоянии.

Он обычный поэт

и в теории соображает

не больше паука.

Слушай, поэт,

долго ты будешь

дурью маяться?

Бери в передние руки

спицы,

в задние -

пряжу,

левой полусредней

книжку держи,

правой вспомогательной

странички перелистывай,

а остальными

зацепись покрепче -

глядишь,

что-нибудь да выйдет.

Сидит поэт

грустный, как паук:

методику не освоил,

паутину не соткал,

зачем дальше жить -

не знает.

Вы думаете,

приятно ему

так сидеть?

Правильно,

если уж вы так не думаете,

так ему и подавно стремно.

Да только кому он теперь такой

нужен?

Слушай, паук,

помнишь того

долбака-методиста?

Очень жаль, что помнишь.

Забудь.

Не было его.

Наваждение было.

Сядь поудобней,

расслабься

и сучи себе лапами

беззаботно, как поэт.

Вот увидишь,

все у тебя

получится!

Сидит поэт,

ткет паутину.

Паутина красоты необычайной...